Тарцил (адаптация пьесы Хосе Санчиса Синистерры)

Миражи

Пустая сцена. А и Б сидят рядом на складных брезентовых стульях спиной к зрителям. А робко поворачивается и смотрит в зал.

А. Черт, опять они здесь.
Б. Тсс! Не смотри на них!
А. Что?
Б. Не вздумай на них смотреть.
А. Почему?
Б. Хочешь возиться с ними всю ночь?
А. Ночь? Откуда ты знаешь, что сейчас ночь?
Б. Это не важно.
А. А почему мы должны с ними возиться?
Б. Посмотрим, у тебя с логикой хорошо?
А. Более или менее.
Б. Тогда следи за мыслью: если ты смотришь на них, значит, ты их видишь. Согласен?
А. Согласен.
Б. Если ты их видишь, значит, они там находятся. Правильно?
А. Правильно.
Б. Если они там находятся, значит, они существуют.
А. Ну, это уже не обязательно.
Б. Не прерывай меня.
А. Прости.
Б. Они существуют так же, как и мы. Более или менее.
А. Ну, более или менее, да.
Б. То есть все мы находимся на одном корабле, как говорится.
А. Да.
Б. В таком случае, как же мы можем не разговаривать с ними?
А. Тебе не откажешь в здравом смысле.
Б. А если мы будем с ними говорить, по какому праву мы можем их не слушать?
А. И правда.
Б. А если мы втянемся в разговор, почему бы нам не трогать друг друга, не толкать, не целовать, не кусать, почему бы не потанцевать, не занять денег, не поджечь театр, не создать акционерное общество?..
А. Хватит!.. Какая жуткая перспектива.
Б. Поэтому: не вздумай смотреть на них.
А. Да, лучше не стоит.
Б. Мы и сами справимся. Без них.
А. Как же?
Б. Да, используя то, что здесь есть.
А. Здесь не так уж много, чего есть.
Б. Это как посмотреть.
А. В смысле?
Б. (вынимает из кармана бинокль и сморит в сторону) Иногда…
А. Что иногда? Ты что-нибудь видишь?
Б. (смотрит в другую сторону) Когда ты менее всего ожидаешь…
А. Что? Чего ожидаешь?
Б. (прячет бинокль) Ничего. Ничего не происходит.
А. Что ты там увидел?
Б. Пустыню.
А. Вот этого я боялся. Это не много.
Б. Меньше только ничего.
А. Ты думаешь? Меньше?
Б. Я хотел сказать, что раньше было еще меньше.
А. Раньше и этих не было (Пытается вновь обернуться к зрителям, но Б останавливает его громким шиканьем)
Б. Они еще там?
А. По-моему, да. (пауза) Пустыня. Ты когда-нибудь бывал в пустыне?
Б. Почти всегда.
А. Мне говорили, что пустыни растут.
Б. По ночам.
А. Почти все происходит по ночам.
Б. Проверим, правда ли это.
А. Что?
Б. Что что-то произойдет этой ночью.
А. А откуда ты знаешь, что сейчас ночь?
Б. Когда мы пришли, уже смеркалось. А пришли мы довольно давно.
А. Вот именно, так что сейчас может и рассветать.
Б. Невозможно, мы пришли не так давно.
А. Ночи в пустыне очень короткие.
Б. Ерунда.
А. Мне рассказывали: очень короткие и насыщенные. Поэтому столько всего и происходит.
Б. В таком случае… ( встает и идет к кулисе)
А. Куда ты?
Б. Я только посмотрю.
А. Что ты хочешь увидеть? Ты же сам сказал, что тут ничего почти нет.
Б. По твоим теориям что-то должно произойти. Даже в пустыне что-то случается. Но чтобы увидеть, надо смотреть.
А. Разве не наоборот?
Б. Как это?
А. Да, наоборот: чтобы смотреть, надо видеть.
Б. Не понимаю.
А. Как ты можешь смотреть на то, чего не видишь?
Б. Повтори.
А. Предположим, что-то есть.
Б. Да.
А. Что-то, чего ты не видишь.
Б. Так.
А. Но, если ты этого не видишь, как же ты можешь на это смотреть?! Это очевидно: сначала видеть, потом смотреть.
Б. Так что? Я смотрю или нет?
А. Делай, что хочешь! Я хочу пить. (достает фляжку)
Б. Береги воду.
А. Без тебя знаю.
Б. (оборачивается в зал) А они по-моему ушли.
А. (тоже оборачивается) Уверен?
Б. (смотрит в бинокль) Как странно… Ни следа не осталось… Как будто это был мираж.
А. Здесь почти все – мираж.
Б. И мы с тобой?
А. Мы все находимся на одном корабле, помнишь? Ты меня видишь?
Б. Я смотрю на тебя. А ты меня видишь?
А. А если я скажу, что нет, ты все равно останешься здесь?
Б. Частично.
А. А где ты будешь?
Б. Я буду в другой пустыне, очень похожей на эту, ожидая рассвета, чтобы продолжить свой путь.
А. Путь куда?
Б. Вслед за любым миражем.
А. Один?
Б. Даже в пустыне что-то происходит… Если присмотреться.
А. Ты слышишь меня? Ты будешь один?
Б. Солнце встает. Начинает припекать. (складывает стул)
А. Один?
Б. Дюны двигались сегодня ночью. (идет со стулом к кулисе)
А. Ты будешь один?!
Б. Пустыня растет. (уходит)

Дверь

В конце концов, мне-то какое дело? Разве я не был всегда одинок? Разве я не был одинок и вчера, и месяц назад – всегда? Они были со мной, рядом со мной, на этом самом месте, разделяя со мной дни и ночи… Да… И все же, они были такими далекими, посторонними, чужими мне и моим желаниям. Я всегда был одинок. И не все ли равно, что они уйдут, что они уже ушли? Я ушел гораздо раньше, я молча стоял за этой дверью, и останусь здесь, один, вспоминая, как в забытьи, их голоса, их шаги…

Здесь есть одна небольшая сложность… Я и впрямь выхожу в эту дверь, и пьеса заканчивается. Это прекрасный и печальный финал. Свет постепенно гаснет, остается один тонкий лучик, который освещает мою дверь. Где-то слышатся голоса и шаги, приглушенные, удаляющиеся… «как во сне»… и медленно, «очень медленно», как написано у автора, опускается занавес.

Но здесь есть одна сложность… Разумеется, для меня, а не для вас. Вы либо хлопаете, либо нет, самые чувствительные смахивают слезы, потом вы встаете и покидаете зал. Вы выходите на улицу и возвращаетесь домой.. или заходите в бар – кто как. Но с вами ничего не происходит: вы остаетесь самими собой, точно такими же, какими вошли сюда и сидели на спектакле… и сейчас смотрите на меня…

Что до меня, если я скроюсь за этой дверью… То есть, когда я скроюсь за этой дверью, потому что мне придется уйти, рано или поздно, не останусь же я здесь навсегда?! Когда вы уйдете, а вы наверняка уйдете, рано или поздно, не хватает еще… Что станет со мной?! Едва я скроюсь за этой дверью, все закончится. Я говорю не о пьесе, я говорю о себе – я закончусь. C’est fini. Finito. Non plus ultra.

О, конечно, останется актер, который играет мою роль. Тот, кого вы видите сейчас, и который говорит с вами от моего имени. Но он – это не я! Прошу: не путайте. Я ничего не имею против него, наоборот… Если бы не он… Он сыграл мою роль.. и отнюдь не плохо, надо сказать… Но мне не пристало судить об актерском даровании… Чего-чего, а этого у него не отнять… Правда, роль настолько сложная, глубокая, многогранная… Но тот, кто захватил вас своей драмой, тот, за кем вы следили, затаив дыхание, тот, кто своим смиренным упорством, внутренним бунтом, безмолвным самопожертвованием… Это был я! А не он.

Прошу вас, поймите меня правильно. Мои слова могут отдавать гордыней, тщеславием… Но это чуждо моему естеству: вы могли в этом убедиться. Если у меня и есть какие-то достоинства, так это скромность…

Хотя, по правде говоря, эти достоинства принадлежат не мне, а автору, столь любезно одарившему меня. Бог свидетель, я ничем их не заслужил. Я родился вместе с ними, с этими добродетелями, и, как ни грустно сознаваться, палец о палец не ударил. Одним словом, автор – есть автор, и если он пожелал сделать меня таким, я слишком ничтожен, чтобы комментировать это. Мне и без того довольно сложно излагать.. что это я говорю «излагать»? Мне даже сложно представить себе, что я лишь плод авторского дарования. Я говорю «дарования», хотя и не считаю себя в праве рассуждать о Драматическом искусстве, по сравнению с которым я…

Итак, я говорил вам, что я не актер, хотя, бесспорно, нас объединяют какие-то родственные узы, даже больше, чем родственные… Оставим эту теорию, меня больше волнует вполне конкретный, практический вопрос: такой конкретный, как эта дверь, такой практический, как выйти в нее или нет.

Конечно, актер тоже выходит в нее, оставляя приоткрытой, чтобы туда проник свет, грудь его вздымается… и он счастлив! Он подождет, пока опустится занавес, грянут аплодисменты… Обязательно грянут: люди любят аплодировать после того, как просидели неподвижно два часа. И вот он, счастливый миг артиста! Свободный от меня, сбросив с себя эту личину, он вновь выйдет на сцену, сияющий, омытый светом. И эти шумные овации, этот шквал, который обрушивается на него, горящие глаза, устремленные на него одного, на него, в этом нет сомнений…

А спустя некоторое время, в своей уборной, изнуренный и счастливый от объятий, поцелуев, рукопожатий, похлопываний по спине… Я могу это вообразить, даже почувствовать, как он сидит перед зеркалом, стирая с лица мои краски, мои черты, мой возраст, звук моих шагов по земле…

Ну, а мне куда прикажете идти? Что будет со мной? Это существо – живое, светлое, трепещущее, начинающее агонизировать – это странное создание, цепляющееся за вас, чтобы не исчезнуть навсегда. Сколько ему лет, какого оно цвета, какие черты оно увидит и перед каким зеркалом?!

Разве это справедливо? Через несколько часов вы безмятежно заснете в своих домах, актер будет наслаждаться плодами успеха в объятиях своей нежной подруги, или друга, кому как нравится… А тем временем, ваш покорный слуга, и его самопожертвование, его бунт, его вожделение – все это тонкое сплетение движений, слов, так старательно сотканное автором, которого я, пользуясь случаем, хочу публично поздравить не только с успехом, который, без сомнения, придет к нему этим вечером, но и с совершенством и безупречностью, с какими он создал меня, да и остальных героев пьесы, особенно Виктора, моего лжешурина, а также старого мажордома, чей монолог во втором акте – вершина… О чем я говорил?

Да, да, я знаю, я все говорю, говорю, чтобы оттянуть мое неизбежное исчезновение за этой дверью и, тем самым, мое полное растворение, мой внезапный распад…Но все это человечно, не правда ли? А что бы делали вы на моем месте? Стоя перед этой неумолимой дверью, которая рано или поздно должна вас поглотить, тогда и вы прибег8ли бы к такой же неуклюжей, глупой, нелепой уловке, чтоб хоть на несколько минут оттянуть роковую развязку.

Да, это человечно. Слишком человечно. А я, к счастью, или к несчастью, тоже человек. Конечно, на свой манер. Я не похож ни на вас, ни, даже, на автора, ни, тем более, на актера, который сегодня вечером соединил свою жизнь с моей…

Сегодня вечером? Я так сказал? Да, правильно… Но если есть «сегодня вечером», есть и «завтра», и «послезавтра» — десятки, сотни таких вечеров со мной – упрямым, мятежным, жертвой и победителем… И, кто знает, может, потом другой актер, в другие вечера, другие месяцы, годы и даже… И вы все пройдете сквозь эту дверь: и этом актер, и его нежная подруга, и даже… даже… мне тяжело сказать это… автор. Да, и автор, он тоже, тоже…

Решительно выходит в дверь.

Поделитесь прочитанным в соцсетях

Страницы: 1 2 3 4

ПОДПИСКА на новости по EMAIL

Введите ваш email:

FeedBurner

Я в соцсетях
Хотите быть в курсе жизни автора и моментально узнавать о новых публикациях? - подписывайтесь на мой профиль в Фейсбуке (кнопка "ПОДПИСАТЬСЯ")
Также, много ПИНтересного в моем ПИНТЕРЕСТе)))
В G+ ничего интересного))) Просто служебный профиль)))
Яндекс.Метрика
© 2019 KATYARU