История, вязанная крючком

Та же комната. Татьяна вяжет. Возле кровати стоит табурет, на нем чашка. Рядом тазик. Ирина выглядывает с кухни.

И: А чипсов больше нет?
И: Тут вообще ничего нет.
Т: В сковородке макароны с тушенкой.
И: Я хочу чипсы.
Т: Это тебе вредно.
И: Почему?
Т: Потому что тебя ночью опять стошнило. Я слышала.
И: Не правда. Тебе приснилось.
Т: Мне такие сны не снятся.
И: Надо идти в магазин.
Т: Ты пойдешь в магазин?
И: Мы пойдем в магазин. Не вздыхай и глазами не води – пойдем вместе.
Т: Это ты хочешь чипсов, а я еще прекрасно могу поесть макарон с тушенкой.
И: А я не могу! Я задыхаюсь здесь! Мне надо выйти на улицу!
Т: Выходи. Подыши и возвращайся.
И: А тебе не хочется подышать?
Т: Нет. Я привыкла.
И: Ну, давай выйдем. Вместе. Это же так просто. Туда и обратно.
Т: Я не хочу.
И: Зато я хочу. Я хочу! Вставай! Бросай эту чертову вязку! Встать!!!

Ирина хватает Татьяну под локоть, сдергивает ее со стула, пытается тащить к двери. Татьяна отбивается. Долгая возня. В конце концов Татьяна бьет Ирину по лицу и со всей силы отталкивает ее.

И: Ты меня ударила! Ты меня ударила! Ты… (рыдает)
Т: Прости. Ты меня тоже ударила. Больно? (подползает к Ирине)
И: Да, пошла ты! Сука!
Т: Ты же сама начала! Это, просто, паранойя какая-то у тебя с этой улицей.
И: Это не у меня, а у тебя – паранойя! Это ты, как зомби, торчишь тут безвылазно уже почти год. На тебя смотреть страшно: позеленела вся!
Т: Так, не смотри! Тоже мне – сострадательница какая нашлась! Тебя и тошнит-то, наверное, от чрезмерного сострадания! А сама?! Ты думаешь, что если ты ходишь за продуктами, то у тебя от этого уже нимб над головой появился?! А то, что я терплю от тебя каждый божий день: все эти гадости и издевательства? А то, что я по дому все делаю: и убираю, и стираю, и штопаю за нас обеих? Да: ты осталась со мной, с почти незнакомым тебе человеком – но у тебя тоже, наверное, были свои резоны…
И: Какие?!
Т: А такие, что… Что бы ты делала там, в эвакуации? Ютилась, как все, жрала паек? А тут ты – королева! Весь город твой и даже служанка есть – рабыня безответная. Так что ты теперь – царь и бог!
И: Королева у нас ты! А царь и бог у нас вон – окошко загораживает. Ты помолись на него, может он скорее придет?! Ну, давай: помолись и приложись в уголочке, как к иконке – давай! Помолись, а потом мы ляжем обе, завернемся в этот твой саван и будем подыхать, потому что…
Т: Потому что, что?!
И: Потому что…Потому, что я… Я…
Т: Что, больше никогда не пойдешь в магазин?

Ирина отрицательно качает головой

Т: Ну и не надо! Наконец-то у тебя не будет повода меня бесконечно оскорблять!
И: И мы умрем здесь от голода?
Т: Нет. Я что-нибудь придумаю… Я сама схожу… Потом. Когда совсем ничего не останется… А ты думала?! Пожалуйста! Я сделаю это, если не останется другого выхода! И не из-за тебя, не из-за твоих истерик, а потому, что я должна дождаться его. Понимаешь?! Дождаться живой и здоровой!

Ирина как-то вся обмякает. Она встает и начинает бродить по комнате как сомнамбула. Заходит на кухню, возвращается…

И. Чипсов нет.
Т. Что?
И. Нет. Нету… Дождаться, говоришь? Ха! Ха-ха! Нету.
Т. Совсем спятила.
И. Совсем-совсем… А где моя кофта? С пуговками… Там дождь, что ли?
Т. Куда?

И. Куда? – Туда… Какая разница… Дожидается она… Не-не, я сейчас схожу в магазин и все принесу. Тебе чего хочется: трубочек? А? Таких хрустящих, шоколадненьких, а? Я принесу, сиди. Сиди-сиди… Дожидайся… Ой, мамочки! За что ты караешь нас, Господи?! А?! Черт тебя дери! Сиди-сиди… Ах ты, Боже мой… Ты прости меня… Ладно? Хорошо? Ну, пошла…

Ирина идет к выходу. Татьяна провожает ее взглядом. Потом вскакивает.

Т. Подожди. Стой! Стой!

Татьяна затаскивает упирающуюся Ирину обратно в комнату. Та в какой-то момент перестает сопротивляться послушно садится на стул.

Т. В чем дело? Что случилось, а?

Ирина отрицательно мотает головой.

Т. Нет, ты скажи, я же вижу. Говори: долго ты будешь надо мной издеваться?! Говори: что тебе нужно от меня?! Говори, психованная стерва!
И. Ничего. Ты успокойся, я сейчас схожу сама в магазин и все будет хорошо, а ты отдохни… «И тогда мы отдохнем и увидим небо в алмазах»… А? Слыхала? Вот я чего знаю.
Т. А я знаю тебя. Говори!
И. Ты? Ничего ты не знаешь. И хорошо. Успокойся. Я сейчас. Дожидайся.

Ирина встает к выходу, Татьяна бьет ее по щеке наотмаш.

И. Прости.

Татьяна снова бьет.

И. Прости.

Татьяна замахивается, но обнимает Ирину и прислушивается к ее сердцу.

Т. Это о нем, да? Что-то о нем? Скажи. Я же не смогу дальше жить, если ты мне не скажешь.
И. А если я скажу? Это не о нем… Откуда мне знать про него…
Т. Я не знаю, откуда… Скажи мне.
И. Не надо больше. Я тебя прошу!
Т. Чего не надо?
И. Ничего не надо. Не надо так страдать, не надо мучаться, ждать…
Т. Почему?
И. Потому что. Потому что его могли убить. Он же на войну ушел. Ты же знала, что его могли убить.
Т. Нет. Не могли. А если бы и убили, то мы бы этого не узнали. Откуда же ты знаешь? Отвечай.
И. Ты же не ходишь в город…
Т. И что?
И. Ничего.
Т. Скажи мне или я тебя убью.
И. Убей.

Татьяна обнимает Ирину и сползает на пол, обнимая ее колени, уткнувшись в них лбом. Потом она поднимает лицо, смотрит на Ирину.

И. Я не могу… Я не могу! Давай покончим со всем этим? Давай ляжем и умрем вместе? Давай съедим все таблетки из аптечки и умрем? Пожалуйста! Пожалуйста! Для нас все кончено! Мы больше не сможем жить!
Т. Я хочу знать, я хочу знать. Мне больше ничего не нужно – только знать. Я сделаю все, что ты захочешь.
И. Пообещай, что мы сразу умрем. Я расскажу, и мы сразу умрем. Пообещай.
Т. Господи, да что случилось?.. Да, да, мы умрем, говори…
И. Ты обещаешь?
Т. Обещаю. Говори.
И. Он умер.
Т. Как? Где?
И. В городе. Его… убили.
Т. Он шел ко мне… Он шел ко мне! Его убили… Он вернулся за мной… Его убили… Он шел ко мне-е-е!!! Я столько… столько дней… Я столько… Я знала… Вот видишь! Я знала… Его… Я видела во сне, как он… Ко мне… Я тебе говорила: он вернется! Вот…
И. Не надо. Пожалуйста, не надо. Не так… Все не так… Не надо. Давай умрем.
Т. Что не так? Разве он не вернулся за мной? Разве он не шел ко мне? … Где он?! Где?! Пойдем. Пошли!

Ирина закуривает. Татьяна мечется в поисках чего-то, будто хочет собраться в дорогу.

И. Я его похоронила.
Т. Что? Похоронила? Где? Что ты говоришь?
И. Не надо никуда ходить. Я похоронила его. Сожгла. Погребальный костер…
Т. Ты нашла его? Я спрашиваю: ты нашла его, когда? Где он?
И. Он далеко. Это он меня нашел.
Т. Далеко — где? Что ты говоришь?
И. Все закончилось. Все не так. Он добрался до нас.
Т. Он был еще жив? Он был жив? Он сказал тебе?! Он мог говорить? Он был жив, когда…
И. Более чем. Он был жив, здоров и вонял одеколоном. Господи, как же меня тошнит. Вот есть люди, которые, вместо того, чтобы мыться, душатся одеколоном!..
Т. Что? Одеколоном? А-ха-ха! А вот и нет! Он никогда… НИКОГДА!… не душился одеколоном! Ха-ха! Да ты, дурочка, ошиблась. Ну, точно! Господи!
И. Я сразу его узнала. У меня его физиономия перед глазами стоит. Все этот чертов портрет! Если бы я его не узнала, ничего бы и не было…
Т. Чего бы не было?
И. Ничего. Ты обещала. Давай, тащи таблетки, пока меня не стошнило.
Т. Стой, если он был жив, как же он умер? Кто его убил?
И. Я.
Т. Ты? Как?
И. Лопатой. Там лопата стояла в углу. Большая. Знаешь, для очистки снега. Такие лопаты бывают…
Т. Лопатой? Почему? За что? Потому что он шел ко мне? Ты убила его лопатой потому что он вернулся за мной?… Ты завидовала, ревновала, что я жду его… Да-а, тебе это всегда не нравилось, но… Неужели?.. Почему?!
И. Потому что он не шел к тебе. Потому что он жил здесь все время и не пришел к тебе. Потому что он… сволочь!
Т. Он воевал. Он вернулся, чтобы забрать меня. А ты его убила… лопатой! И теперь говоришь мне, что… Да, я хочу умереть, но я никогда не стану умирать вместе с тобой! Я умру вместе с ним! Пойдем туда и убей меня там так же, как ты убила его! И сожги! Вставай, сука! Не хочешь?! Тогда сделай это прямо здесь! У нас нет лопаты… У нас есть топор!

Татьяна убегает на кухню, возвращается с топором в руках. Ирина меланхолично взглядывает на нее, потом отворачивается. Татьяна пытается всунуть ей в руку топор. Ирина смотрит на нее в упор.

И. Сначала изнасилуй меня.
Т. Что?!
И. Изнасилуй меня, как это сделал он. Нет, ты не сможешь. Ты не сумеешь так… Ты не умеешь так смеяться. Ты можешь бить меня по лицу, можешь обозвать сукой, но этот смех… Ты, наверное, никогда не слышала его. Это животное, жабье хрюканье. Конечно, нет. Слава Богу! Я кричала, а он смеялся, потому что знал, что все бесполезно -– никто не придет. Ты же не выходишь из дому! И хорошо! И правильно!!! Нет, он не называл меня королевой, он… Ты права: это только твое.
Т. Бред… Бред убийцы…
И. К сожалению, нет… Это уже не бред. (трогает живот)
Т. Уже?
И. Я беременна. Я забеременела от него. После всего, что он сделал со мной… Я боялась выходить одна, мне всюду мерещился он, стаи таких, как он – голодных псов. Если был один, то могут быть и другие. Но я думала, что справлюсь. Я еще помнила то время, когда город был только мой, когда я ничего не боялась. Я знала, что никогда не должна была говорить тебе об этом, но потом… Я поняла… Ты бы все равно узнала. Все закончилось. Он добрался до нас. Еще одно. Ты должна знать: я этого не хотела. Это дела не меняет, но, клянусь, я бы не стала, но я должна была вернуться к тебе. Кто-то из нас двоих должен был… Не знаю, зачем там у него была лопата, снег, что ли, убирал… Он не отпускал меня. У меня была одна минута – один шанс. Я должна была вернуться.

Поделитесь прочитанным в соцсетях

Страницы: 1 2 3 4

ПОДПИСКА на новости по EMAIL

Введите ваш email:

FeedBurner

Я в соцсетях
Хотите быть в курсе жизни автора и моментально узнавать о новых публикациях? - подписывайтесь на мой профиль в Фейсбуке (кнопка "ПОДПИСАТЬСЯ")
Также, много ПИНтересного в моем ПИНТЕРЕСТе)))
В G+ ничего интересного))) Просто служебный профиль)))
Яндекс.Метрика
© 2019 KATYARU